Охота как инструмент сохранения и увеличения животного мира реальность или бред?

Лоси

Охота как инструмент сохранения и увеличения животного мира реальность или бред?

 

 

 

Охрана животных, как считает большинство людей, является основной формой их сохранения. В свою очередь любому охотоведу известно, что биологически обоснованное изъятие из популяции (ОХОТА) способствует мобилизации ее количественного резерва и, оздоровлению популяции, увеличению плодовитости и способствует выживанию молодняка, тем самым так же представляет собой действенную форму сохранения животного мира.

Для сохранения и увеличения животного мира  в условиях возрастающего антропогенного воздействия, в том числе охоты, необходима замена примитивной идеологии «сбора урожая» дикой природы на концепцию управления популяциями, которая должна стать, не теоретической, a практической основой формирования устойчивого использования ресурсов охотничьих животных в России.В подтверждение этих слов приведу пару примеров. Пример первый Финляндия.Динамика финской популяции лося неразрывно связана с деятельностью человека. Нещадно эксплуатируемая в 20-е годы ХХ в., она практически была сведена на нет. Наиболее крупная группировка, насчитывала всего около 50 голов. Поголовье было взято под усиленную охрану, но восстанавливалось очень медленно, и только после II Мировой войны стал заметен рост популяции (Nygrén Т., 1987). К выдаче разрешений на отстрел животных подходили с осторожностью – их добывали значительно меньше годичного прироста. Рост популяции наблюдался до середины 60-х годов, но затем он приостановился.В свете современных исследований, причиной прекращения роста популяции в 60-е годы ХХ в. были жесткие, ориентированные на отстрел взрослых животных, квоты. Доля сеголетков в добыче в этот период составляла менее 10%. В это время отстреливали всего лишь 3000–4000 особей в основном на территории прибрежной Финляндии Лосей стреляли много и, в основном, взрослых, в результате чего возрастная структура была нарушена, воспроизводство снизилось, и численность резко пошла на убыль. В то время на 100 взрослых особей приходилось всего 29 телят. Примерно после 1971 года были разработаны и внедрены новые методы управления финской популяции лося. Где основная роль отводилась определению доли сеголетков при квотировании изъятия, благодаря чему возрастную структуру популяции удается поддерживать на уровне, способствующем наибольшей плодовитости самок. Охрана самок, имеющих телят, была узаконена. Таким образом, в популяции стали преобладать самки с высоким потенциалом плодовитости. В соответствии с поставленными задачами увеличился годичный прирост, и в настоящее время он составляет более 60 телят на 100 взрослых особей. 

Эти принципы управления и сейчас действуют, помимо Финляндии, в Норвегии и Швеции. Вот такие данные можно привести в подтверждение эффективности данных мер. На Евразийском континенте площадь лесных угодий в ареале лося составляет 836 млн. 629 тыс. га. из которых 779 млн. 509 тыс. га. (93,17%) приходится на территорию России, а 57 млн. 120 тыс. га - на Скандинавские страны. Ареал и поголовье лосей в Польше незначительны. В целом площадь угодий в России больше, чем в Скандинавии, в 13.6 раза (рисунок 2).

 

Поголовье зимующего стада лосей в России (576 тыс. особей) и Скандинавских странах (580 тыс. особей) по состоянию на 2005 г. было примерно одинаковым, тогда как плотность популяций российских лосей (74,1 особи на 100 тыс. га леса) была в 7,4-25,6 раза ниже, чем в Скандинавии, где средняя плотность составила 1015,4 особи на 100 тыс. га леса (рисунок 3).

Величина сезонной добычи лосей по разрешениям в России (15.4 тыс. особей) на 189.1 тыс. особей меньше, чем в Скандинавии (204,5 тыс. особей). Интенсивность добычи. характеризуемая количеством добываемых животных со 100 тыс.га угодий, в России (2,0) ниже, чем в скандинавских странах (358 особей) в 179 раз (от 135 до 250 раз по отдельным государствам (рисунок 4).

 

 

Эти данные четко показывают результат не грамотного управления охотничьими ресурсами в России. Поэтому мы имеем чрезвычайно низкую плотность популяций лося и в такой же степени низкий уровень его опромышления. Можно ли применять опыт Скандинавских стран? Конечно можно следующий пример как раз об этом. В 2004-2013 гг. выполнена работа по избирательному отстрелу лося в научно-опытном охотничьем хозяйстве ВНИИ охоты и звероводства им. Б.М.Житкова (далее НООХ) в целях управления популяциями охотничьих животных. Задача восстановление поголовья лося в НООХ ГНУ ВНИИОЗ. Был разработан состав избирательной добычи, при выборе которого учитывались репродуктивные свойства животных каждой возрастной группы и возможность отличить в полевых условиях нужное животное от других, не подлежащих отстрелу. Доля самок 15 %, 30 %-ной долей сеголетков без разграничения по полу и неизбирательным по возрасту отстрелом самцов в количестве 55 % от квоты. В результатах избирательного отстрела по состоянию на 2010 г. было отмечено значительное (на 44 %) превышение скорости роста численности лося в НООХ над скоростью роста численности в Кировской области. Интенсивность добычи, при неизбирательном отстреле лося в НООХ (1990-2003 гг.) падала синхронно со всей территории России, достигнув минимума в 2000-2003 гг. (рисунок - 5). Начиная с 2004 г., в НООХ, a через 4 года и в Кировской области и России, добыча стала увеличиваться. В 2010 г. она составляла в НООХ 0,706 особи с 1000 га леса, в регионе 0,129, a в целом по России – 0,037 особи с 1000 га. Факт примерно одинаковой интенсивности добычи в НООХ и Кировской области до 2005 г. и резкое расхождение, достигшее к 2012 г. почти 6-ти кратной (в 5,47 раза) величины, уровней тренда интенсивности добычи в регионе и в НООХ, подтверждают положительное влияние избирательного отстрела на величину сезонной добычи, как функцию увеличившихся прироста и численности стада.

 

Достижение данных результатов на всей территории России в ближайшем обозримом будущем вряд ли реально. Так как уровень официального изъятия лося у нас в среднем составляет всего лишь несколько процентов от численности, в то время как браконьеры и крупные хищники изымают большую часть прироста (Данилкин. 1999. 2001. 2006; Глушков. 2003). Действия хищников при этом направлены в основном на младшие возрастные классы. Легальные и «не легальные» охотники влияют на популяции иначе. В их интересах, по возможности, быстро и без особого труда и риска заполучить много мяса. Они добывают обычно крупных лосей, чаще - взрослых коров. В результате в природе остаются молодые и недоразвитые животные, которым для достижения максимальной продуктивности потребуются годы, если их не съедят хищники. На практике существенно повлиять на поло-возрастную структуру и воспроизводственную способность популяции можно только путем официального квотирования и увеличения в объеме добычи доли сеголетков, что позволяет сохранить репродуктивное ядро и увеличить продуктивность. В данный момент мы ĸ сожалению в управлении охотничьими ресурсами на территории России этого не наблюдаем. В России, в условиях, когда крупные хищники и браконьеры имеют существенное значение в изъятии большей части прироста, а уровень официальной добычи чрезвычайно низок,повышение продуктивности популяции – очень длительный процесс, как бы не желала охотничья общественность его ускорить. В данный момент мы ĸ сожалению в управлении охотничьими ресурсами на территории России не наблюдаем.

Материал подготовлен на основе следующих статей:

1. Т. Нюгрен, М. Песонен, Р. Тюккюлайнен, М. Валлен, В. Руусила ПРИЧИНЫ ВЫСОКОЙ ПРОДУКТИВНОСТИ ЛОСЯ В ФИНЛЯНДИИ ВЕСТНИК ОХОТОВЕДЕНИЯ, 2007, том 4 , № 2, стр. 148 – 160.

2. В.М.Глушков ИЗБИРАТЕЛЬНЫЙ ОТСТРЕЛ ЛОСЕЙ Информационный бюллетень Региональные проблемы государственного управления охраной и использованием животного мира Выпуск 52 (18 июня 2014 г.) С.П.Матвейчук.

С уважением Завьялов Иван

11.03.2017 

© УралОхота 2016-2018